С середины текущего года все уголовные дела о взяточничестве переданы в подсудность районных судов 1 . Этим обстоятельством, а также «вечной» актуальностью проблематики борьбы с коррупцией был продиктован выбор очередного дела номера. Кроме того, надо отметить, что в практике областных судов можно встретить немало оправдательных приговоров по коррупционным делам, постановленных на основе вердикта присяжных заседателей, которые позднее «устояли» и в Верховном Суде РФ. Поскольку теперь дела данной категории изъяты из компетенции суда присяжных, представляется, что судьям, а также адвокатам и представителям обвинения будет интересно ознакомиться как раз с делом, оправдательный приговор по которому вынесен профессиональными судьями разных уровней.

Сразу оговоримся, что в деле не были поставлены все точки над «и». Как сообщил один из свидетелей по делу, Генеральная прокуратура РФ направила надзорное представление на апелляционное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ, но итоги рассмотрения представления на момент подписания номера в печать нам известны не были.

ИЗОБЛИЧЕНИЕ КОРРУПЦИОНЕРОВ И ПОБЕДА ОБВИНЕНИЯ

Уголовное дело в отношении А. Михайлова и Б. Петрушева 2 явилось как бы производным от известных коррупционных дел 2010 года о закупке медицинского оборудования (компьютерных томографов) в Алтайском крае. Как следует из версии обвинения, А. Евлампиев, бывший руководитель управления администрации края по здравоохранению и фармацевтической деятельности попросил своего знакомого адвоката А. помочь ему узнать о ходе расследования уголовного дела «о томографах», по которому Е. на тот момент имел статус свидетеля, и узнать о возможности непривлечения его (Евлампиева) к ответственности.

Адвокат, ставший впоследствии ключевой фигурой в деле А. Михайлова и Б. Петрушева, согласился помочь. Этот момент, отраженный в судебных решениях, можно назвать ключевым. Поскольку согласие А. сначала помочь в незаконных действиях, а затем отказ и сообщение в оперативные органы о вымогательстве взятки, сыграет важную роль в исходе дела.

Чтобы разузнать о ходе расследования дела, А. обратился к своему знакомому, следователю ГУВД ГСУ при ГУВД края Михайлову. А так как дело расследовалось органами Следственного комитета, Михайлов обратился к своему знакомому Петрушеву, который ранее работал в следственных подразделениях прокуратуры.

По версии следствия, Петрушев начал наводить справки о деле и передавал информацию о ходе следствия через Михайлова адвокату А. Но, как указало следствие, на самом деле Петрушев не намеревался никого искать, чтобы повлиять на судьбу Евлампиева. Он хотел просто на этом заработать, забрав себе деньги, которые якобы запросили следователи, ведущие дело «о томографах».

Как позже уже было установлено в суде, адвокат А., услышав о требуемой взятке в несколько миллионов рублей, по собственной инициативе обратился в УФСБ с заявлением о вымогательстве взятки со стороны Михайлова.

Доказательства обвинения. Дальнейшее развитие событий стало происходить под контролем оперативников ФСБ России. После нескольких переговоров по телефону (данными о телефонных соединениях абонентов было установлено, что адвокат А., Михайлов и Петрушев разговаривали между собой по нескольку раз в день) и встреч адвоката А. и Михайлова в квартире первого, в которой уже с разрешения суда были установлены средства аудиовидеозаписи, была достигнута договоренность о передаче первой части взятки 02.12.2010. При передаче денег адвокатом А. Михайлову последний был задержан с поличным. Практически сразу Михайлов, сделал явку с повинной и согласился сотрудничать с оперативниками с целью изобличения второго посредника — Петрушева. На следующий день история повторилась: уже снабженный деньгами и техсредствами Михайлов встретился с Петрушевым, которого также задержали с поличным сразу после получения денег. Петрушев тоже сразу дал признательные показания и заявил, что на самом деле хотел все деньги присвоить себе и не собирался их передавать кому-то для решения вопроса о непривлечении к ответственности Евлампиева.

Таким образом, среди ключевых доказательств следствия были: заявление и свидетельские показания инициатора изобличения посредников во взятке — адвоката А.; признательные показания самих посредников — Михайлова и Петрушева; аудиовидеозаписи их переговоров; экспертизы фонограмм и ряд протоколов следственных действий.

Обвинительный приговор. Впоследствии на суде оба фигуранта дела отказались от своих признаний и стали выдвигать версии о психологическом давлении, неверном и неполном отражении их показаний в протоколе явки с повинной. Но все эти доводы суд отверг, сославшись на то, что в протоколах допросов, проведенных на предварительном следствии, Михайлов и Петрушев не сделали отметок или пояснений о том, что находятся под давлением.

Защита обвиняемых выдвинула и другие аргументы. Так, адвокаты указывали на нарушения, допущенные при проведении ОРМ «оперативный эксперимент», а также отметили провокацию в действиях сотрудников ФСБ. В частности, адвокаты говорили о том, что адвокат А., действуя под контролем оперативников 3 , сам стал провоцировать Михайлова на подыскание возможности помочь Евлампиеву, так как других данных о том, что Михайлов и Петрушев замешаны в коррупционной деятельности, не было. Но этот аргумент суд посчитал несостоятельным, сославшись только на то, что оперативники проинструктировали адвоката А. «не проявлять инициативы, никоим образом не провоцируя передачу взятки». Кроме того, суд поверил на слово оперативникам ФСБ, которые заверили, что до обращения А. из секретных оперативных источников знали о том, что Михайлов помогает за взятки фигурантам дела «о томографах». Надо отметить, что здесь суд сделал серьезную ошибку, на которую в дальнейшем обратят внимание вышестоящие суды.

Еще одну значимую ошибку суд сделал, когда оставил без должного внимания аргумент защиты о том, что сам главный инициатор взятки (Евлампиев) не только наотрез отказался признавать, что просил кого-то бы то ни было помогать ему и, тем более, передавал деньги, но и сообщил, что вообще не знаком с адвокатом А., который якобы действовал от его имени. Допросив адвоката А., суд выяснил, что они когда-то встречались, но А. действительно давно не общался с Евлампиевым. Казалось бы, о какой передаче взятки здесь можно говорить вообще?

Тем не менее в июле 2012 года Михайлов был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 33 и ч. 2 ст. 291 УК РФ (покушение на пособничество в даче взятки) и приговорен к 2 годам колонии общего режима. Петрушева суд признал виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 и ч. 4 ст. 159 УК РФ (покушение на мошенничество в особо крупном размере), и наказал также на 2 года лишения свободы в колонии общего режима и штрафом в 100 тыс. руб. Оба подсудимых были взяты под стражу в зале суда и перемещены в СИЗО.

ОПРАВДАТЕЛЬНЫЕ РЕШЕНИЯ

Приговор суда был обжалован по инициативе, прежде всего, адвоката Владимира Давыдова — защитника бывшего следователя ГСУ при ГУВД края А. Михайлова. Он настоял на обжаловании, увидев явные противоречия и неверную оценку доказательств судом. Кассационным определением от 02.10.2012 № 51-О12-55 Судебная коллегия ВС РФ отменила приговор и направила дело обратно в Верховный суд Алтайского края на новое рассмотрение новым составом суда. При этом в определении суд согласился с доводами защиты о том, что судом края были неверно оценены доказательства. Так, судом не было разрешено противоречие относительно вопроса, кто явился инициатором дачи взятки: адвокат А. или А. Михайлов, и это при том, что изначально адвокат А. как свидетель показывал, что инициатором был Михайлов, а потом еще в суде первой инстанции было установлено, что он (адвокат) действовал по просьбе Евлампиева. Однако при этом, как указала кассационная инстанция, сам Евлампиев полностью отрицал все слова якобы «помощника» адвоката А., что имело существенное значения для правильной оценки деяния подсудимых.

Здесь также стоит упомянуть об интересном факте. Вместе с кассационным определением Судебная коллегия ВС РФ вынесла частное определение в адрес председателя краевого суда, в котором указала на плохую организацию работы по обеспечению права на защиту. Дело в том, что кассационная жалоба осужденных и арестованных в зале суда Михайлова и Петрушева, поданная 03.08.2012, почему-то канцелярией СИЗО была принята 06.08.2012, а в суд поступила только 08.08.2012. Судебная коллегия указала, что случаи отказа в приеме кассационных жалоб в Алтайском краевом суде уже имели место, и рекомендовала председателю суда обратить на это внимание.

Версия о свидетеле-провокаторе. При новом рассмотрении дела в марте 2013 года краевой суд полностью оправдал обоих фигурантов дела. К сожалению, рамки статьи не позволяют привести всю мотивировку приговора, которая, безусловно, является примером глубокого и тщательного анализа доказательств.

Основные выводы суда можно свести к следующему. Суд решил, что обвинение не представило никаких доказательств, опровергающих слова Евлампиева о том, что он не передавал никому никаких взяток. То есть не было взяткодателя. В свою очередь не было и никаких данных о том, что посредники в даче взятки каким то образом довели свои намерения стать посредниками (помочь решить вопрос) до мнимого взяткодателя Евлампиева или кого-то из следователей, которые действительно были причастны к расследованию дела «о томографах». Допрошенные по этому делу следователи заявили, что Петрушев никогда их подробно не расспрашивал о том, как продвигается дело и, тем более, будет ли привлекаться к ответственности Евлампиев. Напомним, что согласно п. 26 постановления Пленума ВС РФ от 09.07.2013 № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях», в случае предъявления обвинений по ч. 5 ст. 291.1 УК РФ «Посредничество во взяточничестве» 4 , обещание или предложение посредничества во взяточничестве считается оконченным преступлением с момента совершения лицом действий (бездействия), направленных на доведение до сведения взяткодателя и (или) взяткополучателя информации о своем намерении стать посредником во взяточничестве.

Далее суд отметил, что все доказательства о коррупционной деятельности Михайлова были получены в ходе ОРМ с помощью адвоката А. Допросив адвоката А. и оперативников ФСБ, сопоставив их показания данные на следствии, суд нашел в них существенные противоречия, как в обстоятельствах знакомства (оказалось, что они знают друг друга несколько лет), так и обстоятельствах сообщения о факте вымогательства взятки. В итоге в приговоре суд заключил, что остались не опровергнутыми доводы защиты о том, что именно адвокат А. и является тем самым источником оперативной информации о деятельности Михайлова, который отказываются, со ссылкой на секретность, ракрывать сотрудники ФСБ.

Эти и другие аргументы позволили суду прийти к выводу о том, что в действиях Михайлова и Петрушева отсутствует состав преступления, и затем оправдать их.

Снова пересмотр и оправдание. На сей раз обжаловать приговор пришла пора стороне обвинения. Дабы не переписывать логичные и лаконичные выводы апелляционного определения ВС РФ от 14.05.2013 № 51-АПУ13-4, ограничимся выдержками из него, которые говорят сами за себя.

Из материалов дела. «Из обстоятельств,…усматривается, что в данном деле объективно отсутствует взяткодатель и должностное лицо, кому конкретно предназначалась взятка, то есть взяткополучатель. В суде потерпевший Евлампиев показал, что до суда он не знал и не видел адвоката А., Михайлова и Чернова. Ни с юристами, ни с адвокатами он не консультировался, никого не нанимал и считал себя невиновным (впоследствии уголовное дело «о томографах», в котором Евлампиев допрашивался как свидетель, было прекращено за истечением срока давности — Примеч. ред.). Никаких денег в качестве взятки не передавал, и передавать не собирался. Следовательно, и не знал, что кто-то покушался завладеть его деньгами мошенническим путем… Поскольку Евлампиев никому денег в качестве взятки не передавал и передавать не намеревался, то по настоящему делу отсутствуют как субъект данного преступления (взяткодатель), так и его объективная сторона (дача взятки)… В апелляционном представлении не оспаривается, что Евлампиев взятки не давал и не собирался передавать ее должностному лицу, но утверждается, что Михайлов и Петрушев имели намерение и фактически совершили инкриминированные им деяния… Между тем факты передачи под контролем сотрудников УФСБ… признаны судом не как самостоятельно ими сформированные, а как совершенные под влиянием и при непосредственном вмешательстве оперативных сотрудников службы безопасности и А… Во время встречи 28.11.2010 А. сообщает Михайлову, что предполагаемый взяткодатель — человек не бедный и деньги найдет быстро; просит доказательств, что Аминов не обманет, ссылаясь на то, что несет ответственность перед Евлампиевым, и описывает возможные негативные последствия для себя; на предложение Михайлова определиться с окончательной суммой, сообщает о своем намерении встретиться с Евлампиевым и заявляет, что только после этого определится с окончательной суммой; после предложения Михайлова пока оставить деньги у него (А.) и никому не передавать до выполнения услуги, А. настаивает на том, что надо деньги передать, так как без денег «ни одна собака работать не будет», говорит Михайлову, что если взялся за дело, то «доводи его до ума, пожалуйста» (т. 6 л.д. 151–156). Такое поведение А. суд обоснованно оценил не как заботу о защите интересов Евлампиева, на чье имущество должны были посягать Михайлов и А., а прежде всего, как форму сотрудничества с представителями оперативной службы по отысканию доказательств о намерениях Михайлова… Как уже было указано выше, суду не представлены доказательства о намерении Евлампиева передать взятку должностному лицу по делу «о томографах», а также и достоверные доказательства о том, что еще до проведения оперативного эксперимента у Михайлова возник умысел осуществить вымогательство взятки у Евлампиева и соответственно, что у Петрушева возник умысел на похищение денежных средств Евлампиева… Из дела также усматривается, что при проведении оперативного эксперимента сотрудники УФСБ руководствовались недостоверными исходными данными… В частности, именно сотрудники оперативной службы от имени потерпевшего Евлампиева вручили А. деньги для передачи их Михайлову в качестве взятки, тем самым самостоятельно, без согласования с потерпевшим, приняли на себя функции взяткодателя.».

Таким образом, Судебная коллегия подчеркнула правильность выводов краевого суда и оставила оправдательный приговор в силе.

Отметим также, что судебные разбирательства привели к тому, что адвокатская палата Алтайского края возбудила производство с целью лишить адвокатского статуса адвоката А. (свидетеля). Об этом, в частности, мы узнали из открытого письма самого адвоката, опубликованного в июле текущего года в сети Интернет 5 . По телефону адвокат, сообщил «УП» о своем несогласии с решениями судов и своем видении ситуации, частично изложенном в письме.


Leave a Comment